Тайны манипуляций с долларом не раскрыты, но потери подсчитаны — $3,5 млрд.

Сложно объяснить, зачем Нацбанк снизил официальный курс именно в преддверии запланированного на 22 мая заседания Совета НБУ. Безусловно, приблизить официальный курс к рыночному требовалось, но почему правлением Нацбанка решительность была проявлена именно за день до заседания Совета НБУ? Сложно удержаться и от вопроса, почему же правление Нацбанка равнодушно взирало на повышение гривни в период с 16 марта по 20 мая, а отреагировать решило именно 21 мая?
Одним из объяснений таких действий Нацбанка может быть следующее — по согласованию с правительством НБУ содействовал укреплению гривни для того, чтобы НАК “Нефтегаз Украины” имела возможность приобретать необходимые для расчета с “Газпромом” денежные средства в долларах США. Проверить это рядовому гражданину невозможно — в самом лучшем случае можно отследить наименование банков, которые с середины марта по середину мая стабильно приобретали доллары. После этого стоит узнать, не обслуживается ли в этих банковских учреждениях НАК “Нефтегаз Украины”. Однако это еще отнюдь не является однозначным свидетельством того, что именно в пользу “Нефтегаза” приобреталась падающая иностранная валюта.
Но если это действительно было так, рискну предположить, что именно 21 мая процесс аккумулирования необходимых для расчетов средств был закончен. Почему? Все дело в том, что Национальный банк 22 мая выкупил на межбанковском рынке излишек долларов. Далее — самое интересное: НБУ купил доллары по курсу 4,8. То есть на 23,5 копейки выше курса на межбанковском рынке в предыдущий день. Да, наличный рынок получил сигнал — доллар возрос в цене копеек на 10—15. Но если посмотреть в Закон Украины “О Национальном банке Украины”, то там написано, что главной задачей этого уважаемого государственного учреждения является поддержание стабильного курса гривни. Если то, что было с гривней за период с 16 марта по 21 мая, — стабильность, тогда что такое волатильные колебания?
Выскажу сугубо субъективное личное мнение — Национальный банк Украины не справился как минимум с прописанной в профильном законе задачей. Действия по изменению официального курса гривни, а в особенности интервенции НБУ на межбанковском валютном рынке были откровенно запоздалыми. Более того, кто-то ведь из хозяйствующих субъектов смог 22 и 23 мая реализовать те же доллары по 4,8, в то время как за несколько дней до этого курсовое соотношение было 4,56. Если кому-то просто повезло, то это одно дело. А если была утечка инсайдерской информации? Опять же с учетом необходимости обеспечения именно стабильности национальной валюты было ли логичным понижение ее курса за одну торговую сессию сразу на 4%? Ведь рынок имел такое настроение, что Нацбанк мог бы на протяжении относительно длительного периода времени постепенно повышать курс доллара на 1—2 копейки в день, а не на 23,5 копейки, как это было сделано.
Бурную реакцию народных избранников на ситуацию на валютном рынке понять было несложно. По имеющимся у специалистов расчетам, потери населения от ревальвации гривни превысили $1 млрд. Экспортеры, составляющие основу экономики Украины, потеряли в 2,5 раза больше. Итак, не менее $3,5 млрд. потерь — такова цена экстравагантных действий Нацбанка, от которых, кстати, правительство поспешило откреститься. Не многовато ли? Как известно, если кто-то что-то теряет на финансовом рынке, то аналогичную сумму кто-то другой находит. Остается лишь предположительно очертить круг потенциальных бенефициаров проведения политики денежного сжатия и укрепления курса гривни.

Источник Киевский телеграф 

Comments are closed.